Необыкновенно восприимчивый Протей

Необыкновенно восприимчивый Протей - Пушкин жадно внимал беседам своих более опытных, начитанных старших товарищей, впитывал в себя их мудрость, спорил с ними и быстро, как-то незаметно перерастал их, оставляя далеко позади. Так происходило со всеми. Так случилось и с высокомерным, «недосягаемым» Чаадаевым.

Взаимовлияние двух таких интеллектов, как Чаадаев и Пушкин, их взаимопритяжение и отталкивание на протяжении двадцати лет (1816-1836) не могло не наложить свой отпечаток на духовную жизнь России. И. В. Киреевский, как-то написал П. Я. Чаадаеву: Невозможно рассказывать жизнь Пушкина, не говоря о его отношениях к Вам

Петр Яковлевич Чаадаев был словно создан для того, чтобы возглавлять умственное брожение своего времени, явиться вдохновенным пророком, ведущим за собой массы, либо мудрым государственным деятелем и законодателем. Но ирония судьбы и времени, в которое он жил, превратила его в конце концов в трагикомическую фигуру несостоявшегося гения - претенциозного чудака, сумасброда, человека не от мира сего

Юный Пушкин со своей поразительной интуицией сразу же понял это: Они познакомились летом 1816 года в доме у Карамзиных: двадцатидвухлетний щеголь, корнет лейб-гвардии гусарского полка, овеянный славой боевых сражений Бородина, Тарутина, Кульма и Лейпцига, прошедший с победоносной русской армией весь путь до Парижа, - и семнадцатилетний юнец лицеист с горящими любопытством и восхищением глазами.